Очень редко какому человеку удается столь гармонично сочетать в себе две ипостаси, как это делает Вера Ботова. Большую часть прожитой жизни она посвятила физике и химии, защитив даже диссертацию на кандидата химических наук. И вдруг, а может и не столь вдруг, она начинает выражать свой внутренний мир языком линии, штриха, цветового пятна. И в настоящее время счастливо объединяет в себе «физика и лирика», причем настолько органично, что «физик» присутствует на физическом уровне  во всех ее живописных работах. Возможно, именно поэтому ей очень близка тема дуализма, полярности человеческого материала и человеческих взаимоотношений, борьбы человека и Природы, Света и Тьмы…Отчего «Люцифер» (2003) написанный нежнейшими, рафинированными цветами «весенней сирени», на нас производит негативное, я бы даже сказала удручающе негативное впечатление? Если Вы припомните живописный картон Э. Мунка «Крик», я думаю, Вы найдете ответ на поставленный  вопрос. Конечно же, из-за господствующей мысли, которую вложили в свои картины художники и мысли, которыми  мы с Вами обладаем. Ведь имя и образ Люцифера у нас  ассоциируется с силами Тьмы, и в каком бы цвете он не предстал перед нами,  своей сути он не может изменить. В создании этого произведения была внесена Верой мысль о разрушении. Эта Идея настолько сильна, что мы, еще не осознавая, уже обнаруживаем ее магнетическое влияние. Основная мысль привязана к определенному  образу, к определенной вещи и, обладая жизненной силой, точнее ее можно было бы назвать вибрационной силой, обладает  аспектом «ощутимости». Эти вибрации не «слышимые», не «видимые», а именно «ощутимые». Ощутимы для чего, спросите Вы? Для интуитивной способности человека. Ощутимы сознательно на интуитивном уровне все разрушительные элементы, что несет в себе это произведение Веры Ботовой. Философ, по своей природе, увлекающаяся эзотерической литературой, ставящей перед нами сложнейшие вопросы Бытия, ее часто привлекают и библейские темы. «Последний суд» (1999) - если бы мы только могли понять, что такое «дух», отчего человек на протяжении своей жизни верит в существование этого самого «духа», особенно эта вера сильна  в зрелом возрасте, когда мы ищем ответы на многие вопросы, поставленные Священными Книгами.  Вера, сознавая многие Космические законы, почитая Бога, человека, его могущество, его бесконечные возможности, обращается к теме Последнего суда и как наш Создатель, на чаше весов  взвешивает Добро и Зло, любовь и ненависть, деяния грешников и ангелов. Контрастное восприятие «душ» диктует и  использование дисгармоничной в своем прочтении цветовой палитры. Художник оперирует красками, сочетание друг с другом которых сложно представить, настолько они не созвучны. Но для решения художественного образа данного произведения в целом, Ботова сознательно избрала этот колорит, потому что он наиболее способствует выявлению основной Идеи полотна. Художница  определенно чувствует космические вибрации, их волшебные благотворные воздействия и  в глубинах своего подсознания она преобразует полученные впечатления в визуальные образы, не адекватные нашей действительности. Спираль - символ бесконечности, вечного движения вперед часто варьируется  на ее полотнах, «озвучивается» и врывается в наши торсионные поля («Медитация-2» (2001).  Созерцая работы Веры, приходит чувство удивления по поводу разнообразия манеры письма и многообразия интересов художника. Она  создает психологические портреты, фигуративные и абстрактные композиции, картины-медитации. Поэтому каждый из нас имеет возможность выбрать для себя, своего интерьера  полотно, соответствующее нашим потребностям. Например, Ботова говорит, что абстрактные картины она создает для своего любимого города Дюссельдорфа и его почитателей прекрасного («Трансформация» (2003), «Трансформация человеческого тела» (2003). Именно в этом старинном немецком городе у Ботовой Веры укрепилось желание быть художником, где она и получила прекрасное Академическое художественное образование. И в настоящее время она творит на своих полотнах Гармонию и Красоту, к которой мы всегда стремимся.

                                           Мария Копелиович, искусствовед.